Фандом: "Дневники вампира" (сериал)
Пейринг: Деймон/Елена, Деймон/Кетрин
Рейтинг: PG.
Размещение: Только с моего разрешения.


Если кто-либо во время спора приводит в качестве аргумента Гитлера – автоматически становится проигравшим. Есть такое правило, и, согласитесь, оно значительно облегчает нашу жизнь. Потому как что бы вы не сказали после, вы все равно будете смотреться моральным уродом – только если немедленно не капитулируете. Так что некоторые правила и вправду неплохи. Не ожидали услышать это от меня, а?

Конечно нет. В мире тьма правил и часть Вечности я планирую отвести на их последовательное нарушение – думаю, где-то после семидесятого десятка завести соответствующий блокнотик – исключительно в статистических целях, разумеется. Ведь всех правил и не упомнишь, столько их расплодили. Взять хоть: «не флиртуй с подружкой своего брата». На одиннадцатую заповедь не тянет, но все же. Мне кажется, не нарушить его было бы оскорблением. Во многих смыслах… и многих плоскостях. Вот видите, просто не могу удержаться от откровенного моветона. Может быть какая-то детская травма? Но к делу. Не флиртовать с Еленой значило бы обидеть её, вне всяких сомнений. Если бы я был семнадцатилетней американской девушкой, отсутствие всякого интереса к моей персоне, при наличии оного ко всем другим, нанесло бы мне непоправимую психологическую травму. Возможно, пришлось бы сменить дневник на интернет-блог и ежедневно вопрошать вечность о несправедливости. Какое счастье, что я не семнадцатилетняя американская девушка. Слава Твомфу. К тому же, не флиртовать с Еленой значило бы обидеть Стефана. Задача не трудная – вот уж кто бы точно прошел кастинг на роль чувствительной юной леди. Больше того, столь странное поведение посеяло бы в его голове сомнения, рано или поздно давшие бы обильные всходы. Не хотелось бы увидеть, как трава лезет у Стефана из ушей. Фигурально.

Мой любимый век – девятнадцатый. Быть может, все из-за того, что я в нем родился. Может, из-за того, что я в нем умер. Может, все дело в электричестве и автомобилях. Кто знает? Суть в том, что флирту придавали тогда куда большее значение. И не зря. И да, это, к тому же, само по себе забавно. Зовите меня кокеткой.

Так или иначе, но Елена краснела, Стефан делал вид, что раздражен – на настоящую злость духу не хватит, я веселился, а дни шли. Коварные сволочи, скажу я вам – меняются настолько часто, что голова кружится от этого мельтешения. Ты отвлекаешься, расслабляешься, думаешь о вечном, а они подкрадываются и кладут холодную руку на плечо. Мой любимый трюк лет этак сорок назад. И вот ты уже лежишь, распластавшись, на грязном бетонном полу и думаешь о том, как много вербены еще осталось в крови, хватит ли сил на стратегический марш-бросок до Локвуда, какие в этом здании перекрытия (если деревянные – дело дрянь) и какого, к черту, черта не унес ноги из города, пока мог. И еще немного о том, можно ли убить отца Елены, не лишившись баллов и благосклонности. Видите, что я имею в виду под «коварными сволочами», а?

Перед смертью многое видится яснее – вот вам авторитетное мнение мертвого убийцы. Ты не думаешь о том, как перебрал на одной вечеринке, как опростоволосился перед кем-то. Не говоришь себе – «стоило поехать в Сидней годом позже» или «тот вечер был слишком теплым для плаща». Плевать на проигрыш на скачках и давнее фиаско в постели. Когда умираешь – не жалеешь о сделанном. Не до того.

Глядя на Анну в ту ночь, я думал о Джереми. И о Викки. Не о том, что был не прав – что за смысл? Только о том, что мне их жаль. Всех троих. Не презрительно жалко, как бывает жаль страдающих над унитазом парней в туалете бара. Честно, искренне. Это было внове.

И это было, стоит признать, довольно приятно. Чувствовать скорбь оказалось приятно - я уже и подзабыл, как хорошо быть человеком. Жалость к себе всегда с вами, вампир вы или нет. Жалость к другим – чувство совершенно иного свойства. И в ту ночь оно было подобно свежему ветру. О да, вампиры слишком эмоциональны, я в курсе. Но что если - и я, между нами девочками, едва ли не впервые думаю об этом – что если и из этого можно извлечь определенную выгоду?

Все твои чувства обострены до предела, как бывает с людьми, идущими ночью в туалет по темному коридору. Ты все помнишь, все всегда остается с тобой. Каждое прикосновение, каждый жест, каждый взгляд. Ладно, я знаю, что я странный. Но, незабвенные, вот к чему я веду.

В мире куча правил. Некоторые глупы, некоторые нет. Суть в том, что ты наблюдаешь, анализируешь и выявляешь истину. Истина в том, что Стефан – зануда. Истина в том, что Елена – отличный друг. В том, что я над этим работаю. Но сейчас, в этот самый момент, на полпути к дому, я думаю о том, что самая важная истина – в утке. Потому что, как я сказал, я помню всё и полтора века я не только перерабатывал алкоголь. Любите паззлы? Я только что обнаружил, что кусочек никак не подходит. И что я, очевидно, болван.
Поэтому я разворачиваю машину и на полном ходу мчусь к дому Елены.

Я болван. Но вернемся к уткам. Есть такое правило – если что-то выглядит, плавает и крякает, как утка, это и есть утка. И, обрадуйте меня, вы, конечно, догадались, что говоря «крякает», я имею в виду «целуется».

@темы: the vampire diaries, творчество